Юридические статьи

Евразийский юридический журнал

Международные правовые и экономические аспекты развития Европейского Союза и Великобритании после BREXIT

№ 8 (159) 2021г.

МИШАЛЬЧЕНКО Юрий Владимирович
Генеральный советник Экономического Суда СНГ, доктор юридических наук, доктор экономических наук, профессор кафедры конституционного и международного права Санкт-Петербургского института (филиала) Всероссийского государственного университета юстиции (РПА Минюста России)

КАРАСАЕВА Лариса Владимировна
кандидат юридических наук, доцент кафедры государственно-правовых дисциплин Северо-Западного филиала Российского государственного университета правосудия

При всей значимости преимуществ интеграционного развития все это время для Великобритании сохранялась угроза выхода из ЕС, и в мыслях многих британцев укреплялась идея собственного проекта будущего. Поэтому «Brexit» стал закономерным следствием всех тех объективных и субъективных причин, которые сформировались в результате эволюционного развития британско-европейской политики. В настоящей статье проводится рассмотрение и обоснование вопросов цивилизационной перспективы, как Великобритании, так и Европейского Союза после «Brexit». Авторами освещены предпосылки «Brexit» и проблемные вопросы выхода Великобритании из ЕС для Ирландии и Северной Ирландии. В частности, в статье проведен анализ возможных правовых и экономических последствий выхода Великобритании из ЕС с учетом подписанного в конце 2020 г. Торгового соглашения Великобритании и ЕС.

Ключевые слова: Брексит, ЕС, Великобритания, США, референдум, соглашение, коронавирус, экономика, бэкстоп.

MISHALCHENKO Yuriy Vladimirovich
General advisor of the Economic Court of the CIS, Ph.D. in Law, Ph.D. in economical sciences, professor of Constitutional and international law sub-faculty of the Saint Petersburg Institute (branch) of the All-Russian State University of Justice (RLA of the Ministry of Justice of Russia)

KARASAEVA Larisa Vladimirovna
Ph.D. in Law, associate professor of State and legal disciplines sub-faculty of the North-Western branch of the Russian State University of Justice

INTERNATIONAL LEGAL AND ECONOMIC ASPECTS OF THE DEVELOPMENT OF THE EUROPEAN UNION AND THE UK AFTER BREXIT

With all the importance of the benefits of integration development, all this time the threat of leaving the EU remained for Great Britain, and the idea of their own project for the future was strengthened in the minds of many British. Therefore, "Brexit” became a natural consequence of all those objective and subjective reasons that were formed as a result of the evolutionary development of British- European politics. This article examines and substantiates the issues of a civilizational perspective, both for the UK and the European Union after Brexit. The authorshighlights the prerequisites for "Brexit” and the problematic issues of the UK exit from the EU for Ireland and Northern Ireland. In particular, the article analyzes the possible legaland economic consequences of the UK’s exit from the EU, taking into account the UK-EU Trade Agreement signed at the end of 2020.

Keywords: Brexit, EU, UK, USA, referendum, agreement, coronavirus, economy, backstop.

Место Соединенного Королевства в Европе, и наоборот - это проблема, которая, возможно, так и не была должным образом решена после Второй мировой войны, если бы не состоялся референдум о «Brexit». В Великобритании всегда скептически относились к политическому общеевропейско­му проекту. В основе дебатов в Великобритании лежит ба­ланс между двумя целями: стремлению к независимости, суверенитету и автономии против необходимости сохранить доступ к европейским рынкам, что, как всегда, настаивал ЕС, означает соблюдение его правил. Беспорядки на британ­ской внутриполитической сцене за последние годы вышли за партийные границы партий, а правящая Консервативная партия давно раскололась между евроскептическими и евро­фильскими фракциями.

Усиление позиций евроскептиков в Великобритании происходит еще во времена премьер-министра Д. Кэмеро­на: с целью завоевания голосов избирателей, а также пред­упреждения раскола внутри консерваторов в январе 2013 г. он пообещал, что в случае победы консерваторов на пред­стоящих парламентских выборах 2015 г. новое правительство проведет переговоры с Евросоюзом по вопросам более вы­годных условий продолжения британского членства в ЕС, а после чего проведет референдум о членстве Великобритании в ЕС.

В ноябре 2015 г. Д. Кэмерон сообщил председателю Ев­ропейского Совета о требованиях Великобритании о прове­дении реформ в Союзе. Указанные требования условно мож­но разделить на четыре блока:

  • интеграция и суверенитет: Великобритания требовала от Европейского Союза, чтобы основная цель европейской интеграции, которая заключается в создании «все более тес­ного союза», не распространялась на Великобританию, что позволяло бы последней не участвовать в дальнейшей поли­тической интеграции;
  • конкурентоспособность: Великобритания требовала расширения рамок действия общего рынка и ограничения «брюссельской бюрократии»
  • социальная помощь: правительство Д. Кэмерона тре­бовало введения механизма «экстренного торможения», ко­торый бы позволил Великобритании ограничивать доступ к социальным благам мигрантов из других стран Европейско­го Союза, если будет обосновано, что на социальную систему соответствующего государства ложится чрезмерная нагрузка;
  • отношения между еврозоной и остальными государ­ствами ЕС: Великобритания, которая сохранила собственную валюту, требовала, во-первых, права вето на монетарные ре­шения, принимаемые в зоне евро; во-вторых, гарантии того, что мероприятия по созданию финансового союза не будут навязаны странам, не входящим в зону евро; в-третьих, гаран­тии того, что Великобритания не будет обязана предостав­лять экстренную финансовую помощь странам еврозоны.

ЕС частично согласился на предложенные Великобрита­нией шаги реформирования, путем достижения компромис­са между «британским вызовом» и действующей европейской моделью, что позволило Д. Кэмерону заявить о поддержке сохранения членства Великобритании в ЕС и назначить ре­ферендум на 23 июня 2016 г., надеясь на положительный ре­зультат. Результаты голосования стали неожиданностью и за «Brexit» проголосовали 51,9%. По итогам длительных пере­говоров Великобритания вышла из Европейского Союза 31 января 2020 г. на основании Соглашений о выходе, которые были согласованы в октябре 2019 г. и предусматривали пе­реходный период до 31 декабря 2020 г., в течение которого правила и положения ЕС будут продолжать применяться к Великобритании, а страна останется частью Единого рынка и ТС ЕС. В марте 2020 г. ЕС и Великобритания начали пере­говоры о новом будущем соглашении о взаимоотношениях, которое по итогу было подписано 24 декабря 2020 г.

Согласование позиций между Великобританией и Ир­ландией по поводу условий выхода является одним из клю­чевых условий успешной реализации Брексит, тогда как игнорирование интересов Ирландии может существенным образом обострить существующие между государствами по­литические противоречия[5]. Уместной видится точка зрения Л. Варадкара, по мнению которого выход Великобритании из ЕС, без конкретной сделки с Ирландией, может привести к активизации в политических кругах Ирландии и Северной Ирландии идеи создания единого и независимого государ­ства. Проблематичным моментом двусторонних отношений в контексте Brexit стал вопрос, так называемого «бэкстопа». В конце января 2019 г. в Палате общин прошло голосование по семи поправкам к соглашению по «брекситу», две из ко­торых были приняты. Первая поправка была направлена против выхода Британии из ЕС «без Соглашения о выходе и Политической декларации»: подчеркивалось, что Велико­британия не может покинуть ЕС без сделки. Таким образом, страна могла избежать «жесткого брексита», который не­выгоден как Великобритании, так и ЕС, потому что создаст серьезные преграды для выстраивания будущих торгово­экономических отношений. В другой поправке содержалось требование не применять в соглашении понятие «бэкстоп», заменив его формулировкой «альтернативная договорен­ность», которая не допускает появления жесткой границы с Республикой Ирландия. Она была выгодна правительству Т. Мэй, поскольку тогда оно могло заявить лидерам ЕС, что британский парламент готов поддержать сделку, но в обмен на дополнительные гарантии по решению североирландско­го пограничного вопроса.

Для ЕС важно влияние Брексит на формирование эко­номической и финансовой политик. Во-первых, государства ЕС, которые не пользуются евро, теряют сильного защитни­ка своих интересов, хотя блок североевропейских государств вместе с Нидерландами в дискуссиях о будущем экономиче­ского и валютного союза, продемонстрировал эффективное противодействие слишком амбициозным планам Франции. Во-вторых, в слаженном выходе Великобритания продолжит платить деньги в бюджет ЕС, что способно смягчить необхо­димость увеличения взносов государств-членов или умень­шение бюджета ЕС.

В случае если подписанный в декабре 2020 г. договор не вступит в силу или на него будет наложено вето какой-ли­бо из стран ЕС, то с 1 января 2021 г. и в ближайшее время Великобритания сможет торговать с ЕС и другими государ­ствами только на условиях ВТО, поскольку перестанет быть стороной 83-х полноценных или частичных торговых согла­шений ЕС с государствами мира, что существенно удорожит международную торговлю в целом. Для заключения новых соглашений, даже если они сохранят прежние договорен­ности, понадобится время. Такой вариант приведет к потере Великобритании доступа к рынкам услуг ЕС, что негативно скажется на поставщиках финансовых и консультационных услуг, сконцентрированных в Лондоне.

С учетом того, что США проявили большую заинтересо­ванность в укреплении связей с Великобританией по вопро­сам торговли и множества связанных с этим экономических вопросов, многие из которых имеют сильную поддержку обеих партий в Конгрессе США, то в результате, возможное торговое соглашение между США и Великобританией, веро­ятно, будет приоритетом для США в будущем. Сложность усугубляется расхождениями во взглядах в Великобритании и США на то, чего должно достичь торговое соглашение. Многие корпорации (особенно американские) рассматрива­ют торговое соглашение как возможность расширить доступ американских предприятий к рынку Великобритании.

Проблема также заключается в том, что, если при Д. Трампе США сместили свою торговую стратегию с широ­кой многосторонности на более ограниченные двусторон­ние соглашения с ключевыми торговыми партнерами, о чем свидетельствует решение выхода из многостороннего Транстихоокеанского партнерства и заключение новых или пересмотренных торговых соглашений на двусторонних ос­новах. И на этом фоне переговоры по двустороннему согла­шению с Великобританией, пятой по величине экономикой мира и ключевым союзником США - являются следующим логическим и важным шагом. Новый же президент Д. Бай- ден уже неоднократно категорично высказывался в отноше­нии инициатив такого соглашения: «мы не собираемся за­ключать ни с кем новое торговое соглашение, пока не начнем инвестировать, в первую очередь, в Америку». Эти замеча­ния подчеркивают степень, в которой ведущие демократы отошли от всеобщего охвата глобализации, и настаивают на том, что во внешней политике США следует уделять больше внимания внутренним интересам Америки.

Министерство иностранных дел и торговый департа­мент Великобритании все еще планируют заключить ряд торговых сделок и могут рассматривать сделку со странами АТР, БРИКС, в качестве способа заполнить вакуум, который может быть создан приоритетами администрации Д. Байде- на. Однако потеря членства в ЕС ухудшит экономическое по­ложение Великобритании при любом сценарии завершения переговоров.

Основная проблема «Brexit» заключалась в долгих пере­говорах о соглашении между ЕС и Великобританией. Вели­кобритания стремилась к соглашению о свободной торговле при максимальной независимости от правил ЕС, а ЕС же хо­тел защитить целостность своих проектов и гарантировать, что у Великобритании не будет несправедливых конкурент­ных преимуществ в будущем. Лидеры ЕС призывали к ам­бициозному широкомасштабному соглашению - при опре­деленных условиях ЕС хотел один всеобъемлющий договор, охватывающий все аспекты сразу, в то время как Соединенное Королевство добивалось более простой сделки о свободной торговле и отдельных мелких соглашений по другим вопро­сам. Можно говорить о том, что на протяжении длительных переговоров, правительство Б. Джонсона стремилось к более отдаленным и независимым отношениям с ЕС, чем те, к ко­торым стремились при предыдущем премьер-министре Ве­ликобритании Т. Мэй.

Итак, после 10 месяцев ожесточенных переговоров 24 декабря 2020 г. ЕС и Великобритания все же заключили со­глашение о торговой сделке после Brexit с историческими по­ложениями - по сути, обе стороны достигли соглашения по схеме «нулевой тариф - нулевая квота», на товары, стоимость которых в 2019 году составила 668 млрд. фунт. стерл., кото­рое поможет сгладить торговлю товарами и принесет облег­чение экспортерам с обеих сторон, которые бы столкнулись с более высокими тарифами и расходами, если бы сделка не была достигнута. Соглашение позволяет избежать выхода без сделки, которая, как отмечало Управление по бюджетной от­ветственности, приведет к сокращению экономического про­изводства Великобритании на 40 млрд фунт. стерл. в 2021 г. и потребует более 300 тыс. рабочих мест. Но и это соглашение все равно будет означать значительные расходы для пред­приятий, поскольку с 1 января 2021 г. экспортеры столкнутся с массой пограничных проверок, а свобода передвижения в ЕС закончится для большинства граждан Великобритании (в Великобритании планируется введение иммиграционной системы на основе баллов, которая позволит полностью кон­тролировать, кто въезжает на территорию страны).

Сделка включает в себя правила о правах рабочих, эко­логических стандартах и государственных субсидиях - все на­целено на то, чтобы ЕС или Великобритания не ущемляли друг друга. Ключом к сделке был компромиссный механизм урегулирования споров, с помощью которого независимая арбитражная комиссия будет выносить решения по буду­щим экономическим или торговым разногласиям, и любая из сторон сможет принять ответные меры за отказ подчи­ниться решениям комиссии.

Говоря об экономических последствиях, отметим, что исследования аналитических центров показывают, что выход Великобритании из ЕС в любом случае приведет к эконо­мическим потерям в первую очередь для самой страны. По подсчетам Центра экономической эффективности «Соеди­ненное Королевство в Европе, которое меняется», выход Ве­ликобритании с ЕС на условиях достигнутого соглашения все равно уменьшит британский ВВП на душу населения в 1,9-5,5 % к 2030 г, а новые соглашения о свободной торговле Вели­кобритании с другими государствами вряд ли смогут ком­пенсировать потери от вполне предсказуемого уменьшения объемов торговли с ЕС. Ожидаемое негативное влияние на ЕС будет меньше - на уровне 0,7 % ВВП на душу населения.

Хотя новая торговая сделка позволяет избежать того, что в экспертной среде называлось «жестким Брекситом» и наихудшим сценарием, существует множество областей, в которых ЕС и Великобритания все же разрывают связи. Они включают в себя прекращение прав на получение фи­нансовых паспортов, которыми давно пользуются британ­ские фирмы, предоставляющие финансовые услуги, а также выход Великобритании из программы обмена студентами «Erasmus», благодаря которой молодежь получала возмож­ность бесплатно учиться за границей. И, даже, несмотря на заключенное соглашение, экономические последствия оста­новки экономики Великобритании для борьбы с коронавирусом могут быть значительными и потенциально могут изменить заявленную позицию правительства Великобрита­нии и политические расчеты в будущем.

Подводя итоги, полагаем, что отправная точка для лю­бого продвижения европейской интеграции должна быть политической и широкой по охвату: нужно ли европейцам, которые составляют всего 7 % населения мира (6 % после Brexit), быть более сплоченными или более разделенными, когда Европа смотрит на глобальные проблемы и вызовы, нужно ли им объединяться, потому что единство делает их сильнее? Должен ли ЕС сигнализировать о единстве и спло­ченности после Brexit? Исходя из этой политической основы и ответов на ключевые вопросы, вполне вероятно, что при ра­боте с наиболее важными политическим вопросами, некото­рые государства-члены ЕС могут неохотно брать на себя обя­зательства, и поэтому необходима интеграция, например, посредством использования расширенного интеграционного сотрудничества. Эта широкая политическая «отправная точ­ка» является ключевой в нынешнем фрагментированном ЕС, где возникновение нескольких острых внутренних различий (центр/периферия, Север/Юг, Восток/Запад и пр.) требует большего внимания к единству в геополитическом контексте, который одновременно нестабилен и сформирован актора­ми, которые могут быть заинтересованы в разделении Евро­пы.


ФГБОУВО ВСЕРОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
УНИВЕРСИТЕТ ЮСТИЦИИ
 Санкт-Петербургский институт  (филиал)
Образовательная программа
высшего образования - программа магистратуры
МЕЖДУНАРОДНОЕ ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО И МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ ИНТЕГРАЦИИ Направление подготовки 40.04.01 «ЮРИСПРУДЕНЦИЯ»
Квалификация (степень) - МАГИСТР.

Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

Во второй заключительной части статьи, представляющей восьмой авторский материал в цикле «Право международной безопасности»

Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 2 (105) 2017г.Фархутдинов И.З.Во второй заключительной части статьи, ...

Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД)

Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 1 (104) 2017г.Фархутдинов И.З.В статье, представляющей восьмой автор...

предстоящие вызовы России

Стратегия Могерини и военная доктрина Трампа: предстоящие вызовы России

№ 11 (102) 2016г.Фархутдинов И. ЗВ статье, которая продолжает цикл стат...

Израиль намерен расширить сферу применения превентивной обороны - не только обычной, но и ядерной.

Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право

№ 8 (99) 2016г.ФАРХУТДИНОВ Инсур Забировичдоктор юридических наук, ве...

Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 7 (98) 2016г.Фархутдинов И.З. В статье, которая является пятым авторс...

доктрина США о превентивной самообороне

Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 2 (93) 2016г.Фархутдинов И.З. В статье, которая является четвертым ав...

принцип неприменения силы или угрозы силой

Международное право о самообороне государств

№ 1 (92) 2016г. Фархутдинов И.З. Сегодня эскалация военного противосто...

Неприменение силы или угрозы силой как один из основных принципов в международной нормативной системе

Международное право о принципе неприменения силы или угрозы силой:теория и практика

№ 11 (90) 2015г.Фархутдинов И.З.Неприменение силы или угрозы силой как ...

Обеспечение мира и безопасности в Евразии

№ 10 (89) 2015г.Интервью с доктором юридических наук, главным редактор...

Контакты

16+

Средство массовой информации - печатное издание "Евразийский юридический журнал".
Свидетельство о регистрации ПИ № ФС 77 - 46472 от 02.09.2011 г.,  выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций

Учредитель и главный редактор: Фархутдинов Инсур Забирович

Адрес: 119034, Москва, ул. Пречистенка, д. 10.

Телефон: +7 917 40-10-889

E-mail: info@eurasialaw.ru, eurasianoffice@yandex.ru, eurasialaw@mail.ru

Евразийский юридический журнал

Международный научный и научно-практический юридический журнал.
Включен в перечень ВАК РФ.

Яндекс.Метрика

16+

Средство массовой информации - сетевое издание "Евразийский юридический журнал".
Доменное имя сайта в информационно-телекоммуникационной сети Интернет (для сетевого издания): EURASIALAW.RU
Свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77 - 67559 от 31.10.2016 г., выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций
Учредитель и главный редактор: Фархутдинов Д.И.
Тел.: +7 917 40-10-889
e-mail: info@eurasialaw.ru

© 2007 - 2021 «Евразийский юридический журнал». Все права защищены.

Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.