Юридические статьи

Евразийский юридический журнал

Ядерное оружие в свете международного права

Ядерное разоружение - главная и вместе с тем наиболее сложная (наряду с контролем) проблема из всего комплекса вопросов разоружения.

Как отмечал О. В. Богданов, только уничтожение ядерного оружия может решить главный во­прос современных международных отношений - вопрос об устранении угрозы истребительной войн. Данная позиция сохраняет актуальность и в наше время.

Значение проблемы ядерного разоружения опреде­ляется рядом факторов. Использование ядерного оружия привело бы к далеко идущим последствиям военно-по­литического характера. Разрушительное действие этого вида оружия хорошо известно. Небывалого размаха до­стигло и совершенствование средств доставки ядерного оружия. В настоящее время ни одно государство не мо­жет считать свою территорию неуязвимой от ядерного удара. Это относится и к территории США, что является серьезным сдерживающим фактором. Вместе с тем это обстоятельство имеет чрезвычайно важное значение и с точки зрения перспектив решения проблемы разоруже­ния. Именно в силу данных причин при решении про­блемы разоружения упор необходимо делать именно на указанный вид оружия. Кроме того, значение запреще­ния ядерного оружия определяется также тем, что это оружие в силу своих специфических особенностей усили­вает опасность «случайной войны». Просчет, ошибка го­сударственных военных деятелей, неисправность техники, отклонение от нормальной психики может привести к не­поправимым последствиям. Указанные факторы выдвига­ют запрещение ядерного оружия на первый план общих мероприятий в области разоружения.

По вопросам ядерного разоружения в доктрине меж­дународного права написано немало работ. Большинство авторов отмечают, что современное международное право не безразлично относится к вопросу о возможности при­менения ядерного оружия. Действующие ныне нормы международного права содержат на этот счет ряд положе­ний.

Предмет регулирования большинства данных норм не непосредственно ядерное оружие, а определенный вид во­оружений, разновидностью которого является ядерное ору­жие. Однако в действующем международном праве уже имеются нормы, которые относятся к ядерному оружию непосредственно и несмотря на их ограниченный характер, они содержат ряд важных положений по ядерному разору­жению.

Анализ международно-правовых норм, касающихся ядерного оружия, целесообразно начать с норм, относящих­ся к определенным видам вооружений, разновидностью ко­торых является ядерное оружие.

Эта группа норм может быть подразделена на нормы, регулирующие использование определенных видов оружия, и на нормы, регулирующие сферу применения средств веде­ния войны.

Как известно, международное право делит средства ведения войны на дозволенные и недозволенные. В между­народном праве нет перечисления дозволенных средств ве­дения войны поскольку применяется метод исключения - право указывает на те виды оружия, применение которых запрещено. К числу таковых относятся:

  • средства массового уничтожения;
  • ядовитые вещества и процессы;
  • все другие виды вооружения, которые причиняют лю­дям излишние страдания.

Соответственно возникает вопрос, к какой категории от­носится ядерное оружие? Иными словами, насколько ядер­ное оружие подпадает под вышеуказанные категории.

Перечень средств массового уничтожения приведен в ряде международно-правовых актов. На 1-ой мирной кон­ференции в Гааге в 1899 году была принята международ­ная декларация, запрещающая применения отравляющих веществ, удушливых и вредоносных газов в военных целях. Указанный документ относит к средствам массового уничто­жения удушливые и вредоносные газы. Протокол о запреще­нии применения на войне удушающих, ядовитых и других подобных газов и бактериологических средств от 17 июня 1925 года (Женевский протокол) распространяет понятие средств массового уничтожения на удушливые, ядовитые и другие подобные газы, аналогичные вещества и процессы, бактериологические средства ведения войны. Отсутствие в данных документах упоминания о ядерном оружии обуслов­лено его отсутствием вообще на тот период исторического развития.

Декларация о запрещении применения ядерного и тер­моядерного оружия, принятая Резолюцией 1653 (XVI) от 24 ноября 1961 года, отмечает, что применение ядерного и тер­моядерного оружия причинит человечеству и цивилизации массовые разрушения и страдания еще в большей степени, чем-то оружие, упомянутое вышеуказанными деклараци­ями и соглашениями как противоречащим законам чело­вечности и преступлением с точки зрения международного права. Тем самым, свойства ядерного оружия полностью со­ответствуют смысловому значению термина «массовое унич­тожение».

Кроме того, ядерное оружие в значительно большей мере, чем другая разновидность оружия, обладает свойства­ми уничтожения. Это касается как взрывной волны, так и радиоактивного и термического воздействия. Взрыв только одной бомбы опустошает территорию в сотни километров, поражая все живое на этой территории. Обозначенная выше характеристика ядерного оружия позволяет с полным осно­ванием отнести его к «ядовитым процессам и веществам». Данный термин употребляется в таких международно-пра­вовых актах, как Женевский протокол 1925 года, как поня­тие характеризующее вредоносное воздействие на организм газов, процессов и веществ. Такое вредоносное воздействие на живые организмы вызывает ядерный взрыв, при котором происходит ряд химических и физических процессов, свя­занных с выделением большого количества радиоактивно­сти. Вредоносное воздействие на организм радиоактивных процессов ядерного взрыва не меньше сильнодействующих ядов и газов.

Таким образом, указанное свойство ядерное оружие полностью подпадает под такие понятия, как «ядовитые процессы», «ядовитые вещества», о которых говорится в международно-правовых актах. Ядерное оружие подпа­дает также под «оружие, причиняющее людям излишние страдания».

Обозначенные выше свойства ядерного оружия по­зволяют с полной уверенностью утверждать, что оно яв­ляется разновидностью вооружений, применение кото­рых запрещено международным правом. Более того, как справедливо отмечал О. В. Богданов, современное между­народное право содержит ряд положений, преследую­щих цель оградить человечество от применения истреби­тельных видов оружия, в том числе и тех, которые могут быть изобретены впоследствии. В данном контексте мож­но вспомнить и о Петербургской декларации 1868 г. об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль, в преамбуле которой говорится о возможности запре­щения во время войны известного вида снарядов и уста­новления границ, в которых потребности войны долж­ны останавливаться перед требованием человеколюбия. Речь идет о том, что применение любого оружия, которое прямо не запрещено международными соглашениями, должно быть ограничено требованием человеколюбия. Очевидно, что обозначенные нами свойства ядерного ору­жия не соответствуют требованиям человеколюбия и на­ходятся за пределами тех границ, которые допустимы на основе критерия человеколюбия.

Действующее международное право ограничивает не только выбор средств ведения войны, но и сферу их при­менения. Эта группа норм не указывает на определенную запрещенную разновидность вооружений, а уточняет те объекты, на которые не может быть распространенно действие вооружений. Получается, что если в силу спец­ифических свойств оружия невозможно оградить от его воздействия определенные объекты, пространство, то применение такого оружия недопустимо. В ходе воору­женного конфликта воюющие государства могут вести во­енные действия в определенных пространственных преде­лах, что составляет театр войны. В объем данного понятия входят сухопутная, воздушная и морская территория го­сударств, открытое море и воздушное пространство над ним. Не могут превращаться в театр войны территория нейтральных государств, а также нейтрализованные территории Очевидно, что применение ядерного оружия неизбежно нарушит неприкосновенность территории нейтральных государств, поскольку действие ядерного оружия распространяется на сотни километров и пред­ставляет реальную опасность для населения не участвую­щих в войне государств.

Кроме того, международное гуманитарное право (да­лее по тексту - МГП) запрещает пользование любым видом оружия, способным причинить вред мирному населению, поскольку защита гражданского населения является одним из принципов МГП. Это прямо закреплено в Конвенции о законах и обычаях сухопутной войны 1907 года, Женевских конвенциях 1949 года. Так, в статье 3 Женевской Конвенции об улучшении участи раненных и больных в действующих армиях 1949 года говорится о том, что в отношении лиц, не принимающих участие в боевых действиях, включая тех лиц, которые сложили оружие, перестали принимать участие в военных действиях вследствие болезни, ранения, задержания или по любой другой причине, должны при всех обстоятель­ствах пользоваться гуманным обращением. В отношении указанных лиц запрещаются, в частности, пытки и истяза­ния, посягательство на человеческое достоинство. Использо­вание ядерного оружия неизбежно привело бы к нарушению указанных положений женевской Конвенции, поскольку ха­рактер действия ЯО не позволит оградить указанные катего­рии лиц от его воздействия и это также подтверждает недо­пустимость применения ядерного оружия.

Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 1653 (XVII) «Декларация о запрещении применения ядерного и тер­моядерного оружия» от 24 ноября 1964 годасо всей опреде­ленностью относит ЯО к запрещенным средствам ведения войны. В статье 1 говорится, что применение ядерного и термоядерного оружия противоречит духу, букве и целям ООН и поэтому является прямым нарушением Устава ООН; применение данных видов оружия причинит челове­честву и цивилизации массовые разрушения и страдания и поэтому противоречит нормам международного права; применения данного вида оружия является войной про­тив всего человечества; любое государство, применяющее данные виды оружия, должно рассматриваться как нару­шившее Устав ООН и совершившее преступление против человечества и цивилизации.

Говоря о роли резолюций Генеральной Ассамблеи ООН, как отмечает О. И. Ильинская, их не всегда легко привязать к тому или иному элементу формирования обычая10. В Консультативном заключении Международ­ного Суда ООН о законности угрозы или применения ядерного оружия, отмечается что в отдельных случаях резолюции могут представлять важные элементы дока­зательства для установления существования то или иной нормы или действия правила opiniojuris; чтобы выяснить, удовлетворяет ли таким условиям конкретная резолюция Генеральной Ассамблеи, необходимо исследовать её со­держание и условия принятия. При вынесении этого за­ключения Международный суд ООН исследовал вопрос о том, вытекает ли запрещение ядерного оружия из между­народно-правового обычая. В докладах, представленных Суду, государства утверждали, что с 1945 года существует последовательная практика неприменения ядерного ору­жия, и это является выражением opiniojuris со стороны государств, обладающих ЯО. Принятие Генеральной Ас­самблеей ООН ряда резолюций, начиная с резолюции 1653 (XVII) от 24 ноября 1964 года, подтверждает незакон­ность использования ядерного оружия. Однако Суд за­ключил, что приведенные резолюции свидетельствуют о серьёзной озабоченности относительно ядерного оружия, но их недостаточно для подтверждения существования opiniojuris в отношении незаконности применения тако­го оружия. Таким образом, в международном праве от­сутствует обычно-правовая норма, прямо запрещающая угрозу ядерным оружием или его применение.

В том же Консультативном заключении Междуна­родного суда ООН, в котором Суд не может сделать окон­чательный вывод о правомерности или неправомерности угрозы ядерным оружием или его применения в условиях самообороны, как справедливо отмечает А. В. Мелешников, отсутствует анализ положений преамбул междуна­родно-правовых актов Обосновывая правовую позицию на основе толкования преамбул правовых актов, судья Международного суда ООН М. Шахабуддин приходит к выводу о том, что ядерное и термоядерное оружие, иные разновидности оружия массового поражения, которые могут появиться в перспективе, не подлежат применения ни при каких обстоятельствах.

Что касается экологических аспектов недопустимо­сти применения ядерного оружия, Международный суд ООН в своем Консультативном заключении ссылался на Дополнительный протокол I к Женевским конвенциям 1949 года, касающийся жертв международных вооружен­ных конфликтов, который запрещает применять методы или средства ведения военных действий, которые имеют своей целью причинить или, как можно ожидать, причи­нят обширный, долговременный и серьёзный ущерб при­родной среде. Международный суд ООН также отметил общий принцип Стокгольмской декларации по окружа­ющей среде 1972 года и Рио-де-Жанейрской декларации по окружающей среде и развитию 1992 года, в соответ­ствии с которым государства несут ответственность за обеспечение того, чтобы деятельность в рамках их юрис­дикции или контроля не наносила ущерба окружающей среде других государств или районов за пределами дей­ствия национальной юрисдикции.

Как было отмечено в начале нашего исследования, в действующем международном праве уже имеются нормы, которые относятся к ядерному оружию непосредственно и несмотря на их ограниченный характер, они содержат ряд важных положений по ядерному разоружению. Боль­шинство из них относятся к различным аспектам ядерной проблемы и не дают ядерному оружию квалификацию как запрещенному средству ведения войны. Одни нормы содержат требование о заключении международного со­глашения по запрещению ядерного оружия (Договор о нераспространении ядерного оружия), другие прямо за­крепляют положение о запрещении ЯО (Договор о запре­щении ядерного оружия), третьи - о нераспространении ЯО (Договор о нераспространении ядерного оружия), четвертые - осоздании безъядерных зон в различных ре­гионах мира (Договор Тлателолко, Договор Раротонга, Договор Пелиндаба, Бангкокский и Семипалатинский договоры), пятые - запрещают испытания ядерного ору­жия (Договор о всеобъемлющем запрещении испытаний ядерного оружия, Московский договор о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космическом пространстве и под водой).

Таким образом, подводя итог проведенного здесь анали­за, ядерное оружие можно считать недозволенным средством ведения войны. Это запрещение также вытекает из Договора о запрещении ядерного оружия 2017 года. Необходимость принятия данного международно-правового акта вызвана рядом причин: такое запрещение должно иметь огромное значение и психологический аспект, вселив уверенность в предотвращении ядерной войны; запрещение ЯО должно внести вклад в прекращение гонки вооружений; договорная форма придает действенный и непосредственный характер запрещению ЯО.

НУЦАЛХАНОВ Гамзат Нуцалханович
кандидат юридических наук, доцент кафедры конституционного права Северо-Кавказского института Всероссийского государственного университета юстиции (РПА Минюста России)

НУЦАЛХАНОВА Патимат Вагабовна
магистрант кафедры экономики труда и управления персоналом Дагестанского государственного университета


ФГБОУВО ВСЕРОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
УНИВЕРСИТЕТ ЮСТИЦИИ
 Санкт-Петербургский институт  (филиал)
Образовательная программа
высшего образования - программа магистратуры
МЕЖДУНАРОДНОЕ ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО И МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ ИНТЕГРАЦИИ Направление подготовки 40.04.01 «ЮРИСПРУДЕНЦИЯ»
Квалификация (степень) - МАГИСТР.

Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

Во второй заключительной части статьи, представляющей восьмой авторский материал в цикле «Право международной безопасности»

Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 2 (105) 2017г.Фархутдинов И.З.Во второй заключительной части статьи, ...

Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД)

Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 1 (104) 2017г.Фархутдинов И.З.В статье, представляющей восьмой автор...

предстоящие вызовы России

Стратегия Могерини и военная доктрина Трампа: предстоящие вызовы России

№ 11 (102) 2016г.Фархутдинов И. ЗВ статье, которая продолжает цикл стат...

Израиль намерен расширить сферу применения превентивной обороны - не только обычной, но и ядерной.

Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право

№ 8 (99) 2016г.ФАРХУТДИНОВ Инсур Забировичдоктор юридических наук, ве...

Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 7 (98) 2016г.Фархутдинов И.З. В статье, которая является пятым авторс...

доктрина США о превентивной самообороне

Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 2 (93) 2016г.Фархутдинов И.З. В статье, которая является четвертым ав...

принцип неприменения силы или угрозы силой

Международное право о самообороне государств

№ 1 (92) 2016г. Фархутдинов И.З. Сегодня эскалация военного противосто...

Неприменение силы или угрозы силой как один из основных принципов в международной нормативной системе

Международное право о принципе неприменения силы или угрозы силой:теория и практика

№ 11 (90) 2015г.Фархутдинов И.З.Неприменение силы или угрозы силой как ...

Обеспечение мира и безопасности в Евразии

№ 10 (89) 2015г.Интервью с доктором юридических наук, главным редактор...

Контакты

16+

Средство массовой информации - печатное издание "Евразийский юридический журнал".
Свидетельство о регистрации ПИ № ФС 77 - 46472 от 02.09.2011 г.,  выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций

Учредитель и главный редактор: Фархутдинов Инсур Забирович

Адрес: 119034, Москва, ул. Пречистенка, д. 10.

Телефон: +7 917 40-10-889

E-mail: info@eurasialaw.ru, eurasianoffice@yandex.ru, eurasialaw@mail.ru

Евразийский юридический журнал

Международный научный и научно-практический юридический журнал.
Включен в перечень ВАК РФ.

Яндекс.Метрика

16+

Средство массовой информации - сетевое издание "Евразийский юридический журнал".
Доменное имя сайта в информационно-телекоммуникационной сети Интернет (для сетевого издания): EURASIALAW.RU
Свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77 - 67559 от 31.10.2016 г., выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций
Учредитель и главный редактор: Фархутдинов Д.И.
Тел.: +7 917 40-10-889
e-mail: info@eurasialaw.ru

© 2007 - 2020 «Евразийский юридический журнал». Все права защищены.

Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.