Юридические статьи

Евразийский юридический журнал

К вопросу об особенностях правового регулирования вещных прав в международном частном праве

Основная проблема в регулировании вещных прав в рамках международного частного права заключается в том, что необходимо следовать действующим в рамках конкрет­ного национального правопорядка коллизионным нормам, а они, в свою очередь, могут значительно отличаться в разных странах друг от друга.

Если анализировать действующие на территории Рос­сийской Федерации коллизионные нормы об отдельных вещных правах, то можно сделать вывод, что в национальном российском законодательстве они прежде всего отражены в двух положениях. Во-первых, сформулированы основные правила о понятии и защите отдельных вещных прав (ст. 1205 ГК РФ), во втором блоке норм регулируется их возник­новение и прекращение (ст. 1206 ГК РФ). В последнем слу­чае также указывается, каким образом коллизионные нормы регулируют основные вещные права на суда и космические объекты.

Для понимания системы российского национального коллизионного законодательства в отношении отдельных вещных прав необходимо взять за основу, что в нашей стра­не, как и в большинстве стран мира, основной коллизионной привязкой принято считать, закон места нахождения вещи (lex rei sitae), т.е. использование именно права того государ­ства, на территории которого фактически находится имуще­ство. Используя закон места нахождения вещи, правопри­менитель использует данную коллизионную привязку для регулирования таких важных для собственника вопросов, как перечень основных правомочий собственника или владельца иных вещных прав, особенности применения данных право­мочий и вопросы осуществления их защиты и т.д. Важно также отметить, что место регистрации имущества и нахож­дения собственника в данном случае вторично, значение для правоприменителя имеет именно место фактического на­хождения имущества.

Вопрос понятия и классификации движимого или не­движимого имущества и отнесения конкретного имущества к данным видам также осуществляется в международном частном праве по коллизионным правилам чаще всего имен­но по принципу места нахождения вещи.

Не во всех странах принцип места нахождения вещи яв­ляется определяющим, но в большинстве государств мира используется именно это коллизионное правило, что связано с исключительным удобством такой модели для участников гражданского оборота.

Необходимо подчеркнуть, что под законом места на­хождения вещи в международном частном праве понимают исключительно место фактического нахождения имущества, независимо от того, гражданином какого государства являет­ся собственник имущества, в каком государстве оно зареги­стрировано, каковы в месте регистрации имущества правила гражданско-правового оборота, правомочия собственника и перечень основных вещных прав. На практике возникают противоречия в основном между законом места нахожде­ния вещи и законом места регистрации прав на имущество, данные противоречия разрешаются в зависимости от колли­зионных привязок, действующих в национальном законода­тельстве, но чаще все же используется именно закон места нахождения вещи.

Если имущество находится у владельца не на основании права собственности, а путем договорной передачи отдель­ных видов вещных прав, например, по договору аренды, то коллизионная привязка в данном случае может отличаться от той, что действует в отношении права собственности. На­пример, в российском национальном законодательстве отно­шения по договору аренды в отношении иностранцев стро­ятся не в полном соответствии с основным правилом закона нахождения имущества, а допускаются и иные коллизион­ные привязки в отношении отдельных вещных прав.

Закон места нахождения вещи применяется чаще всего как в отношении недвижимости, так и в отношении движи­мого имущества. При применении данного принципа необ­ходимо понимать, что в отношении недвижимого имущества будет постоянно применяться право той страны, где нахо­дится имущество, а в случае движимых вещей применимое право будет меняться в зависимости от того, на территории какого государства находится вещь, однако, бывают случаи, когда в отношении недвижимости в конкретном государстве действует коллизионная привязка о законе места нахожде­ния вещи, а в отношении движимого имущества эта привяз­ка не применяется.

Актуальной данная проблематика становится в правоот­ношениях, связанных с защитой имущества и истребования его из чужого незаконного владения. Применение привязки о законе места нахождения вещи обязывает использовать в большинстве случаев при виндикации именно право стра­ны, где фактически находится имущество. Проблема здесь будет в основном заключаться в том, что вещь могла выбыть из законного владения в одном государстве, а быть обнару­женной в другом, или быть в добросовестно приобретенной в третьем государстве, также возможно наличие нескольких добросовестных приобретателей, находящихся в разных го­сударствах. В разных странах, даже признающих принцип места нахождения вещи, решение указанного сложного во­проса было бы различным. Например, в Российской Федера­ции вопрос решался бы в соответствии со ст. 1205 ГК РФ в пользу места обнаружения вещи.

В случае, если бы виндикационный иск предъявлялся в России к добросовестному приобретателю, перед судом мог возникнуть вопрос о том, как понимать в таком случае принцип lex rei sitae, а именно, что понимать под местом нахождения вещи: место (то есть территорию государства), где вещь находилась в момент, когда она выбыла из владения собственника, или же место, в котором она была приобрете­на добросовестным приобретателем. В зависимости от ответа на этот вопрос результаты рассмотрения виндикационного иска могут оказаться различными, так как условия защиты добросовестного приобретателя в праве разных стран неоди­наковы.

Таким образом, по результатам исследования можно сделать следующие выводы.

Основная проблематика регулирования отдельных вещ­ных прав в сфере международного частного права заключает­ся в том, что необходимо следовать действующим на данной территории коллизионным нормам, а они могут значитель­но отличаться в разных странах друг от друга.

Если анализировать действующие на территории Рос­сийской Федерации коллизионные нормы о вещных правах, то можно сделать вывод, что в национальном российском законодательстве они прежде всего отражены в двух поло­жениях. Во-первых, сформулированы основные моменты о понятии и защите отдельных вещных прав (ст. 1205 ГК РФ), во втором блоке норм регулируется их возникновение и пре­кращение (ст. 1206 ГК РФ). В последнем случае также указы­вается, каким образом коллизионные нормы регулируют ос­новные вещные права на суда и космические объекты.

Для понимания системы российского национального коллизионного законодательства в отношении отдельных категорий вещных прав необходимо взять за основу, что в нашей стране, как и в большинстве стран мира, основной коллизионной привязкой принято считать закон места на­хождения вещи (lex rei sitae), т.е. использование именно права того государства, на территории которого фактически находится имущество. Используя закон места нахождения вещи, правоприменитель использует данную коллизионную привязку для регулирования таких важных для собственника вопросов, как перечень основных правомочий собственника или владельца иных вещных прав, особенности применения данных правомочий и вопросы осуществления их защиты. Важно также отметить, что место регистрации имущества и нахождения собственника в данном случае вторично, значе­ние для правоприменителя имеет именно место фактическо­го нахождения имущества.

Вопрос понятия и классификации движимого или не­движимого имущества и отнесения конкретного имущества к данным видам также осуществляется в международном частном праве по коллизионным правилам чаще всего имен­но по принципу места нахождения вещи.

КИРИЛИН Андрей Васильевич
кандидат юридических наук, доцент кафедры государственно-правовых дисциплин Тульского института (филиала) Всероссийского государственного университета юстиции (РПА Минюста России)


ФГБОУВО ВСЕРОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
УНИВЕРСИТЕТ ЮСТИЦИИ
 Санкт-Петербургский институт  (филиал)
Образовательная программа
высшего образования - программа магистратуры
МЕЖДУНАРОДНОЕ ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО И МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ ИНТЕГРАЦИИ Направление подготовки 40.04.01 «ЮРИСПРУДЕНЦИЯ»
Квалификация (степень) - МАГИСТР.

Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

Во второй заключительной части статьи, представляющей восьмой авторский материал в цикле «Право международной безопасности»

Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 2 (105) 2017г.Фархутдинов И.З.Во второй заключительной части статьи, ...

Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД)

Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 1 (104) 2017г.Фархутдинов И.З.В статье, представляющей восьмой автор...

предстоящие вызовы России

Стратегия Могерини и военная доктрина Трампа: предстоящие вызовы России

№ 11 (102) 2016г.Фархутдинов И. ЗВ статье, которая продолжает цикл стат...

Израиль намерен расширить сферу применения превентивной обороны - не только обычной, но и ядерной.

Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право

№ 8 (99) 2016г.ФАРХУТДИНОВ Инсур Забировичдоктор юридических наук, ве...

Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 7 (98) 2016г.Фархутдинов И.З. В статье, которая является пятым авторс...

доктрина США о превентивной самообороне

Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 2 (93) 2016г.Фархутдинов И.З. В статье, которая является четвертым ав...

принцип неприменения силы или угрозы силой

Международное право о самообороне государств

№ 1 (92) 2016г. Фархутдинов И.З. Сегодня эскалация военного противосто...

Неприменение силы или угрозы силой как один из основных принципов в международной нормативной системе

Международное право о принципе неприменения силы или угрозы силой:теория и практика

№ 11 (90) 2015г.Фархутдинов И.З.Неприменение силы или угрозы силой как ...

Обеспечение мира и безопасности в Евразии

№ 10 (89) 2015г.Интервью с доктором юридических наук, главным редактор...

Последние

Контакты

16+

Средство массовой информации - печатное издание "Евразийский юридический журнал".
Свидетельство о регистрации ПИ № ФС 77 - 46472 от 02.09.2011 г.,  выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций

Учредитель и главный редактор: Фархутдинов Инсур Забирович

Адрес: 119034, Москва, ул. Пречистенка, д. 10.

Телефон: +7 917 40-10-889

E-mail: info@eurasialaw.ru, eurasianoffice@yandex.ru, eurasialaw@mail.ru

Евразийский юридический журнал

Международный научный и научно-практический юридический журнал.
Включен в перечень ВАК РФ.

Яндекс.Метрика

16+

Средство массовой информации - сетевое издание "Евразийский юридический журнал".
Доменное имя сайта в информационно-телекоммуникационной сети Интернет (для сетевого издания): EURASIALAW.RU
Свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77 - 67559 от 31.10.2016 г., выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций
Учредитель и главный редактор: Фархутдинов Д.И.
Тел.: +7 917 40-10-889
e-mail: info@eurasialaw.ru

© 2007 - 2020 «Евразийский юридический журнал». Все права защищены.

Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.