Юридические статьи

Евразийский юридический журнал

Пример HTML-страницы

Преступления в сфере информационно-телекоммуникационных технологий: тенденции и противодействие

Развитие общества на сегодняшний день крайне сложно представить без внедрения в жизнь достижений научно-тех­нического прогресса.

Цифровые технологии проникли прак­тически во все сферы жизнедеятельности современного чело­века и повсеместно применяются обществом. В то же время, обладая для всего социума бесспорной эффективностью они, в определенной мере, приобретают отрицательное значение в той ее части, что информационно-телекоммуникационные технологии все активнее выступают непременным атрибу­том преступных намерений.

Введенные в 2020 году карантинные меры, связанные с распространением коронавирусной инфекции (COVID-19), способствовали еще большей цифровизации всех сфер жиз­ни. Дистанционное обучение, удаленный режим работы по­влекли за собой увеличение количества пользователей сети Интернет и онлайн сервисов.

Происходящая информатизация общества привела к росту хищений и, соответственно, трансформации их форм. Лидерами среди преступных деяний стали: мошен­ничество, кража, включая с использованием банковских карт, незаконные производство, сбыт или пересылка нар­котических средств, психотропных веществ или их анало­гов, осуществляемые бесконтактным способом, а также, что само собой соответственно, неправомерный доступ к компьютерной информации. Основная часть преступных деяний совершается при помощи сети Интернет, средств мобильной связи, использованием данных расчетных (бан­ковских) карт.

Стоит отметить, что по сравнению с ростом преступ­ности в сфере информационных технологий, уменьшилось количество таких классических преступлений как грабеж, разбой, квартирные кражи. Можно сказать, что преступники вместе с гражданами перешли на «удаленный» способ совер­шения преступлений [1].

Для совершения «дистанционных» хищений чаще всего используется сеть Интернет, мобильная связь и IP-телефония. В преступных целях активно применяются расчетные кар­ты и методы «социальной инженерии» с целью получения конфиденциальной информации для последующего тайно­го проникновения в систему дистанционного банковского обслуживания и совершения хищений со счетов граждан. Интернет и мобильная связь выступают при этом в качестве средства совершения преступления.

Статистическое данные, опубликованные на сайте МВД России, подтверждают ситуацию, складывающуюся в рас­сматриваемой сфере. Так, в 2020 году число преступлений, совершенных с использованием информационно-телеком­муникационных технологий, возросло на 73,4%, в том числе с использованием сети «Интернет» - на 91,3%. В 2021 году заре­гистрировано их увеличение на 1,4% и 17% соответственно [2].

Несомненно, лидерами в общем объеме IT-преступлений являются мошенничества и кражи:

  • в отношении лиц, размещающих объявления на бес­платных торговых площадках (Авито, Юла и т.д.);
  • путем вовлечения в финансовые пирамиды, мошенни­чество в сфере трейдинга (оказания брокерских услуг);
  • с использованием -телефонии, под видом сотрудни­ков банковских учреждений, правоохранительных органов или государственных служащих, в том числе для решения вопроса по родственнику, попавшему в беду;
  • оказание услуг посредством сети (устройство на ра­боту, оказание юридической помощи, получение кредита, получение несуществующего выигрыша или компенсации, приобретение товаров);
  • взлом страниц в социальных сетях.

Достаточно актуальной остается проблема хищения денежных средств с использованием банкоматов и платеж­ных терминалов (скимминг и траппинг). Одни из первых способов хищения данных карты при помощи специального считывающего устройства «скиммера» и другой вид мошен­ничества, именуемый «траппинг» с использованием банко­матов, при котором злоумышленник помещает в картридер пластиковое устройство (конверт), таким образом, что пла­стиковая карта владельцу не возвращается.

Появление новых способов и средств совершения пре­ступления приводит к постоянным изменениям в действу­ющем уголовном законодательстве. Как положительный момент можно рассматривать принятие Федерального за­кона № 111-ФЗ, который в настоящее время предоставляет возможность привлекать фигурантов «дистанционных пре­ступлений» по статье 210 УК РФ, так как он не устанавливает каких-либо правовых различий между понятиями «преступ­ное сообщество» и «преступная организация».

Однако, несмотря на положительную динамику у право­применителей до сих пор отсутствует единое понимание ме­ханизма получения информации, составляющей банковскую тайну. Так, при документировании дистанционных хищений в составе преступного сообщества основное значение имеет своевременное получение информации о движении денеж­ных средств, сохранность которой обеспечивается правовым режимом банковской тайны. Такая информация может быть предоставлена как клиентам, так и государственным орга­нам, на основании и в порядке, предусмотренном законом. Сотрудникам органа дознания, оперативных подразделе­ний и другим должностным лицам, уполномоченным осу­ществлять ОРД, получающим информацию по операциям, счетам и вкладам на основании ст.ст. 6-9 ФЗ «об ОРД» необ­ходимо наличие судебного решения, в то время как в соот­ветствии со ст. 26 ФЗ «О банках и банковской деятельности» сотрудники предварительного следствия получают данную информацию лишь при наличии согласия руководителя следственного органа. Пример HTML-страницы

В связи с этим представляется, что получение информации, составляющей банковскую тайну, должно представлять собой единую процедуру, и не ставить органы предварительного следствия в более выгодное поло­жение перед сотрудниками, осуществляющими оперативно­разыскную деятельность.

Преступная активность в «онлайн» режиме, в соот­ветствии с рейтингом Всемирного экономического форума (ВЭФ), входит в пятерку глобальных рисков, угрожая при этом функционированию множества отраслей. По данным ВЭФ потери мировой экономики от кибератак в течение года могут составить порядка 8 трлн долларов [3].

Безусловно всплеск преступности в сфере IT-технологий не мог остаться без внимания органов государственной власти, в соответствии с чем, были приняты необходимые меры по повышению эффективности борьбы с такими де­яниями. В конце 2020 года Генеральной прокуратурой РФ создана межведомственная рабочая группа по противодей­ствию киберпреступности. При этом стоит отметить, что в Российской Федерации уже существует правовой механизм регулирования отношений в сфере IT-технологий. Стратегия развития информационного общества в Российской Федера­ции на 2017-2030 годы определяет особенности реализации политики государства в сфере применения информационно­телекоммуникационных технологий, связанных с эволюцией информационного общества и обеспечением национальных интересов. Данная стратегия позволяет получить свободный доступ не только к национальным, но и к мировым инфор­мационным ресурсам, что также обуславливает возможность развития и криминальной деятельности.

Российской Федерацией в рамках Организации Объеди­ненных Наций была инициирована разработка концепции о противодействии использованию IT-технологий в преступ­ных целях. На рассмотрение Генеральной Ассамблеи ООН был внесен проект резолюции, подготовленный 47-ю госу­дарствами «Противодействие использованию информаци­онно-коммуникационных технологий в преступных целях», которая постановляет учредить комитет экспертов для раз­работки конвенции по борьбе с киберпреступностью учиты­вая уже существующие международные документы. Данный отклик международного сообщества на предложение России свидетельствует о стремлении других стран к борьбе с пре­ступлениями в сфере IT-технологий.

К сожалению, на сегодняшний день отмечается недо­статочная подготовленность правоохранительных органов к противодействию преступности в сфере информационных технологий. В связи с изменением современных реалий нуж­дается в модификации и правовая база, включая методики по расследованию цифровых преступлений.

Для обнаружения и раскрытия преступлений в сфере информационно-телекоммуникационных технологий по­мимо представителей правоохранительных структур необхо­димо активно привлекать специалистов в соответствующей области. Кроме того, нуждается в совершенствовании мате­риально-техническая база следственных органов и органов дознания, программное обеспечение. Правоохранительные органы должны быть на шаг впереди криминальных струк­тур, иметь современное оборудование и новейшие техниче­ские разработки.

Немаловажным является правовое просвещение граж­дан, обучение основам цифрового права, повышение грамот­ности и опыта в сфере информационных технологий [4].

Таким образом, в последние годы отмечается рост пре­ступности в сфере информационно-телекоммуникационных технологий, в связи с этим необходимо принятие активных мер как правового, так и организационного характера в борь­бе с данным явлением.

БАДАМШИН ИльфатДавлетнурович
кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры уголовного права и криминологии Уфимского юридического института МВД России

ЛИТВИНА Анастасия Валерьевна
старший преподаватель кафедры уголовного права и криминологии Уфимского юридического института МВД России

КУЛИЕВ Инал Борисович
преподаватель кафедры специальных дисциплин Северо-Кавказского института повышения квалификации (филиала) Краснодарского университета МВД России

Пример HTML-страницы


ФГБОУВО ВСЕРОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
УНИВЕРСИТЕТ ЮСТИЦИИ
 Санкт-Петербургский институт  (филиал)
Образовательная программа
высшего образования - программа магистратуры
МЕЖДУНАРОДНОЕ ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО И МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ ИНТЕГРАЦИИ Направление подготовки 40.04.01 «ЮРИСПРУДЕНЦИЯ»
Квалификация (степень) - МАГИСТР.

Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

Во второй заключительной части статьи, представляющей восьмой авторский материал в цикле «Право международной безопасности»

Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 2 (105) 2017г.Фархутдинов И.З.Во второй заключительной части статьи, ...

Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД)

Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 1 (104) 2017г.Фархутдинов И.З.В статье, представляющей восьмой автор...

предстоящие вызовы России

Стратегия Могерини и военная доктрина Трампа: предстоящие вызовы России

№ 11 (102) 2016г.Фархутдинов И. ЗВ статье, которая продолжает цикл стат...

Израиль намерен расширить сферу применения превентивной обороны - не только обычной, но и ядерной.

Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право

№ 8 (99) 2016г.ФАРХУТДИНОВ Инсур Забировичдоктор юридических наук, ве...

Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 7 (98) 2016г.Фархутдинов И.З. В статье, которая является пятым авторс...

доктрина США о превентивной самообороне

Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 2 (93) 2016г.Фархутдинов И.З. В статье, которая является четвертым ав...

принцип неприменения силы или угрозы силой

Международное право о самообороне государств

№ 1 (92) 2016г. Фархутдинов И.З. Сегодня эскалация военного противосто...

Неприменение силы или угрозы силой как один из основных принципов в международной нормативной системе

Международное право о принципе неприменения силы или угрозы силой:теория и практика

№ 11 (90) 2015г.Фархутдинов И.З.Неприменение силы или угрозы силой как ...

Обеспечение мира и безопасности в Евразии

№ 10 (89) 2015г.Интервью с доктором юридических наук, главным редактор...

Последние

Контакты

16+

Средство массовой информации - сетевое издание "Евразийский юридический журнал".
Доменное имя сайта в информационно-телекоммуникационной сети Интернет (для сетевого издания): EURASIALAW.RU
Свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77 - 67559 от 31.10.2016 г., выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций

Учредитель и главный редактор: Фархутдинов Д.И.

Адрес: г. Уфа, ул. Карла-Маркса, 105-4

Тел: +7 927 2365585

E-mail: info@eurasialaw.ru

Мы в соцсетях

 

Яндекс.Метрика