Обзоры

Евразийский юридический журнал

Будущее международного гуманитарного права

Будущее международного гуманитарного права

Международная конференция «Будущее международного гуманитарного права и особенности его преподавания в юридических вузах России, Беларуси и Молдовы» в Московском государственном юридическом университете им. О. Е. Кутафина

№ 12 (91) 2015г.

25 ноября 2015 г. в МГЮА имени О. Е. Кутафина в рамках IX Кутафинских чтений состоялась Международная конференция «Будущее международного гуманитарного права и особенности его преподавания в юридических вузах России, Беларуси и Молдовы». Конференция была организована МГЮА, МГУ и Региональной делегацией МККК в Российской Федерации, Беларуси и Молдове.

Zakharova L. I., Iljinskaya O. I.

INTERNATIONAL CONFERENCE “FUTURE OF INTERNATIONAL HUMANITARIAN LAW AND PECULIARITIES OF ITS TEACHING IN LAW UNIVERSITIES OF RUSSIA, BELARUS AND MOLDOVA” IN THE O. E. KUTAFIN MOSCOW STATE LAW UNIVERSITY (MSAL)

On November 25, 2015 the International Conference on the Future of International Humanitarian Law and peculiarities of its teaching in law universities of Russia, Belarus and Moldova was held in the Kutafin Moscow State Law University in the framework of the Ninth Kutafin Readings. The Conference was organized by the O. E. Moscow State Law University, the Lomonosov Moscow State University and the Regional Delegation of the International Committee of the Red Cross (ICRC) for Russia, Belarus and Moldova.

По традиции работа секции проходила в зале диссерта­ционных советов. Её руководителями являлись заведующий кафедрой международного права Университета имени О. Е. Кутафина, д.ю.н., заслуженный деятель науки РФ, профессор К. А. Бекяшев и заведующий кафедрой международного пра­ва юридического факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова, к.ю.н., доцент А. С. Исполинов. В этом году в качестве организаторов данного на­учного мероприятия выступили не только МГЮА и МГУ, но и Региональная делегация Международного Комитета Красного Креста (МККК) в Российской Федерации, Беларуси и Молдове.

Гуманитарное право

Открывая работу Конференции, с приветственным словом ко всем присутствующим обратился К. А. Бекяшев. Он напом­нил о том, что сотрудничество МГЮА с Региональной делегаци­ей МККК началось в 2008 г., когда был подписан Меморандум о сотрудничестве. Затем Камиль Абдулович рассказал о научных достижениях кафедры за прошедший год. Вниманию участни­ков Конференции были представлены следующие работы: 1) «Альманах кафедры международного права Ceteris Paribus», выпуск 6 - в этом году Альманах посвящён памяти нашего до­рогого коллеги М. Е. Волосова; 2) учебное пособие К. А. Бекяшева, Е. Г. Моисеева «Право Ев­разийского экономического союза», вышедшее в апреле 2015 г.; 3) второе, переработанное и дополненное издание монографии Л. И. Захаровой «О спорт, ты - мир!». Роль международного права, lex sportiva и lex olym- pica в регулировании международных спортивных отношений», опубликованное в сентябре 2015 г.; 4) учебное пособие И. Н. Лебединец «Международное уголовное право», также выпу­щенное в 2015 г.; 5) монография Д. К. Бекяшева и К. А. Бекяше- ва «Международно-правовые проблемы борьбы с незаконным рыболовством», вышедшая в свет в 2015 г.; 6) монография А. С. Гуласаряна «Международно-правовая имплементация норм об ответственности международных организаций»6, выпущенная в 2015 г.; 7) шестой выпуск «Вестника МГЮА», посвящённый меж­дународному праву, который увидел свет в сентябре 2015 г.

Далее слово для приветствия было передано А. С. Ис- полинову, после которого выступил глава Региональной де­легации МККК в РФ, Беларуси и Молдове Паскаль Кютта.

    Г-н Кютта тепло приветствовал всех собравшихся от имени МККК. Предваряя выступления участников Конференции, он обратил внимание на то, что с целью сохранения междуна­родным гуманитарным правом (далее - МГП) своей защитной функции оно должно реагировать на новые вызовы и угрозы. Так, вопросы развития МГП совсем скоро будут обсуждаться на 32-й Конференции Международного движения Красного Креста и Красного Полумесяца, которая пройдёт в Женеве. Что касается вопросов преподавания МГП, г-н Кютта подчер­кнул, что изучение норм этой отрасли является неотъемлемой частью профессионального становления будущего юриста, а преподавание соответствующих курсов, безусловно, вносит вклад в выполнение обязанности государства распространять знания об этих нормах. Данное обстоятельство обусловлива­ет необходимость продолжения диалога, начатого в 2015 г. на Мартенсовских чтениях в Санкт-Петербурге, о методах улуч­шения преподавания МГП.

После завершения приветственных выступлений начала работу Секция 1 «Актуальные проблемы МГП», модератором которой являлся К. А. Бекяшев.

Первой свой доклад представила Региональный совет­ник МККК по правовым вопросам в Восточной Европе и Цен­тральной Азии А. С. Кушлейко. Тема выступления - «32-я Конференция Международного движения Красного Креста и Красного Полумесяца: вопросы, связанные с развитием МГП». Докладчица подчеркнула, что в настоящее время осу­ществление гуманитарной деятельности зачастую происходит в чрезвычайно сложной обстановке (социально-экономиче­ские кризисы, миграция и т.д.). Что же касается повестки дня предстоящей Конференции, то её составляют следующие три темы: 1) предотвращение насилия и принятие мер по борьбе с ним; 2) гарантии безопасности и доступ к гуманитарной по­мощи и услугам; 3) снижение рисков бедствий и катастроф и укрепление жизнестойкости. Далее А. С. Кушлейко подробно осветила вопросы, которые предполагается обсудить в рамках каждой из трёх тем. Так, в рамках первой темы внимание будет сосредоточено на вопросах усиления правовой защиты жертв вооружённых конфликтов, защиты лиц, лишённых свободы в связи с вооружёнными конфликтами немеждународного ха­рактера, предотвращения сексуального и гендерного насилия, а также оказания помощи жертвам такого насилия. Будет об­суждаться и такой вопрос, как создание нового специального механизма соблюдения норм МГП. Ожидается, что таковым станет Совещание государств, проводимое на регулярной ос­нове, по вопросам применения МГП, где будут рассматривать­ся доклады государств о соблюдении ими норм МГП.

В рамках второй темы будут рассмотрены, в частности, та­кие вопросы, как защита сотрудников МККК, обеспечение их безопасности, меры по усилению защиты раненых и больных. В рамках третьей темы речь пойдёт о рисках, связанных с урба­низацией и изменением климата.

Далее слово было передано профессору кафедры между­народного права МГЮА, к.ю.н. В. А. Батырю, который пред­ставил доклад на тему «Будущее МГП». По мнению докладчи­ка, в XXI в. главной задачей человечества является предвидение будущего. Что касается МГП, то В. А. Батырь высказал надежду на то, что оно сможет стать правом международного сообще­ства. При этом, по его мнению, в обозримом будущем МГП вновь станет правом цивилизованных народов. Сегодняшняя же организационная структура мирового сообщества весьма пёстрая; не может не вызывать обеспокоенности волна насиль­ственного утверждения государственности, а также стремление малых государств укрываться под «зонтиком» международных организаций. Докладчик полагает, что правотворчество в сфе­ре МГП должно носить межотраслевой характер. Что касается соблюдения норм этой отрасли, то решающая роль здесь бу­дет принадлежать инструментам контроля. Также было ука­зано на необходимость легализации (путём заключения кон­венции) использования государством своих вооружённых сил


К. А. Бекяшев обращается к участникам конференции с приветствен­ным словом

в случае террористической угрозы. Было высказано мнение и о необходимости усиления принуждения к соблюдению норм МГП. Завершая выступление, Вячеслав Анатольевич подчер­кнул важность распространения международно-правовых зна­ний и их интеграцию в образовательный процесс.

Доклад на тему «МГП перед лицом новых военных угроз» представила заведующая кафедрой международного права Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, д.ю.н., профессор Т. Д. Матвее­ва. По её мнению, главными угрозами человечеству являются война, фактическая легализация применения ядерного ору­жия в вооружённых конфликтах, а также терроризм. Кроме того, докладчица высказала сожаление относительного того, что в рамках Комиссии международного права ООН не ведёт­ся работа по развитию МГП. Также Т. Д. Матвеева указала на важность ратификации Россией Римского Статута МУС и на необходимость выдвижения нашей страной миротворческих инициатив в ООН.

Затронув вопрос о деятельности МККК, Татьяна Дмитри­евна подчеркнула первостепенную важность сотрудничества этой организации с ООН. Было также отмечено, что нынеш­ний статус МККК при ООН не позволяет ему в полной мере участвовать в нормотворческом процессе.

Профессор кафедры международного права МГЮА, д.ю.н. Н. А. Соколова выступила с докладом на тему «Между­народно-правовое регулирование ведения военных действий в городских условиях». В случае ведения военных действий в го­родских условиях возникают трудноразрешимые проблемы, в числе которых, в частности, проблема точного определения военного объекта (в качестве примера была приведена ситуа­ция, когда в здании располагается квартира, использующаяся в качестве оружейного склада. Здесь возникает вопрос о том, что в данном случае будет являться военным объектом (и, соот­ветственно, военной целью) - только эта квартира или всё зда­ние? Открытым является и вопрос о том, кто это определяет. Отсутствие чёткого определения военного объекта, в свою оче­редь, увеличивает вероятность неизбирательных нападений. Что касается последствий нападений, то для их прогнозирова­ния должна приниматься во внимание вся имеющаяся инфор­мация, которая должна содержать и учёт побочных эффектов от планируемого нападения (в т.ч. разрушение объектов граж­данской инфраструктуры). И опять вопрос - как оценить, дей­ствительно ли учтены все факторы? Другая проблема: что сле­дует рассматривать в качестве явного военного преимущества?

Таким образом, по мнению Натальи Александровны, в случае ведения военных действий в городских условиях необ­ходима специальная интерпретация принципов пропорцио­нальности и проведения различия.


Слева направо: зав. кафедрой международного права СПбГУ В. С. Иваненко, зав. кафедрой международного права Юридического фа­культета МГУ имени М. В. Ломоносова А. С. Исполинов

Затем слово было предоставлено доценту кафедры меж­дународного и европейского права юридического факульте­та Казанского (Приволжского) федерального университета, к.ю.н. У. Ю. Маммадову, который выступил с докладом на тему «Тенденция к усилению защиты природной среды в свя­зи с вооружёнными конфликтами». Докладчик поставил два вопроса: 1) является ли защита окружающей среды, предо­ставляемая нормами МГП, удовлетворительной? 2) могут ли существующие нормы других отраслей международного пра­ва обеспечить такую защиту? Отвечая на первый вопрос, У. Ю. Маммадов обозначил нормы МГП, целевая направленность которых сводится к защите окружающей среды. Это нормы, содержащиеся в статьях 35 и 55 Дополнительного протокола (далее - ДП) I 1977 г. к Женевским конвенциям (далее - ЖК) о защите жертв войны 1949 г., а также нормы Конвенции о запрещении военного или любого иного враждебного ис­пользования средств воздействия на природную среду 1977 г. (Конвенции ЭНМОД). Однако, как полагает докладчик, упо­мянутые положения ДП I не совсем эффективны, поскольку их толкование приводит к выводу о том, что установлен весьма высокий порог применимости содержащихся здесь норм. Что касается Конвенции ЭНМОД, то согласно её положениям объ­ектом защиты является государство, а природная среда рас­сматривается как пространство для ведения военных действий.

На второй вопрос докладчик также дал отрицательный ответ. Например, нормы международного права окружаю­щей среды нацелены на защиту окружающей среды в мирное время. Обратившись к такой отрасли международного права, как международное уголовное право, У. Ю. Маммадов указал на то, что нормы природоохранной направленности, содер­жащиеся в Римском статуте МУС, применимы лишь в случае международного вооружённого конфликта. Кроме того, здесь также установлен высокий порог их применимости. Прове­дённый анализ позволил докладчику сделать вывод о необхо­димости кодификации норм в исследованной им области, а также внесения изменений в Римский статут, с тем чтобы его положения распространялись и на случаи нанесения ущерба окружающей среде в ситуации вооружённого конфликта не­международного характера.

С докладом на тему «Ответственность организованных вооружённых групп за соблюдение международного права прав человека в условиях вооружённых конфликтов» высту­пила старший юрист Региональной делегации МККК в РФ, Беларуси и Молдове М. С. Гаврилова. Докладчица обратила внимание присутствующих на актуальность этого вопроса, об­условленную такими факторами, как состав участников совре­менных вооружённых конфликтов, продолжительность по­следних, наличие государств, обозначаемых как «failed states»,

а также таких организованных вооружённых групп (далее - ОВГ), как ХАМАС, «Талибан», «Хезболла», ИГИЛ. Относи­тельно обязательств ОВГ по со­блюдению МГП, было указано на необходимость соблюдения такими группами ст. 3 Женев­ских конвенций 1949 г., а также обычных норм МГП. При этом значительное внимание было уделено правовому обоснова­нию подобных обязательств. Далее М. С. Гаврилова рассмо­трела вопрос об особенностях международного права прав человека по сравнению с МГП.

Кроме того, Мария Ста­ниславовна осветила существу­ющую практику по данному вопросу. Так, обязательства ОВГ соблюдать нормы МГП кон­статировались Советом Безопасности ООН (группами экс­пертов), специальными докладчиками, Комитетом по правам ребёнка, Комитетом против пыток, Комиссиями по расследо­ванию в связи с многочисленными вооружёнными конфликта­ми (от бывшей Югославии до Сирии).

Доклад на тему «Проблемы международно-правового ре­гулирования положения интернированных лиц» представила к.ю.н., доцент кафедры международного публичного и частно­го права, первый заместитель декана факультета права Наци­онального исследовательского университета «Высшая школа экономики» В. Н. Русинова. По мнению докладчицы, одной из существенных проблем в указанной области является про- бельность в международно-правовом регулировании интерни­рования в ситуации вооружённого конфликта немеждународ­ного характера. Однако в этом направлении обнаруживаются положительные изменения, что подтверждается, например, наметившейся тенденцией к увеличению количества между­народно-правовых норм, от которых недопустимы какие-либо отступления, судебной практикой международных судебных органов, формированием соответствующих международных обычаев и т.д.

Далее В. Н. Русинова обратилась к двум знаковым реше­ниям ЕСПЧ, в которых поднимался вопрос о применении норм МГП. По мнению докладчицы, одной из существенных проблем в указанной области является пробельность в между­народно-правовом регулировании интернирования в ситуа­ции вооружённого конфликта немеждународного характера. Однако в этом направлении обнаруживаются положительные изменения, что подтверждается, например, наметившейся тенденцией к увеличению количества международно-право­вых норм, от которых недопустимы какие-либо отступления, судебной практикой международных судебных органов, фор­мированием соответствующих международных обычаев, и т.д.

Далее В. Н. Русинова обратилась к решениям ЕСПЧ, в которых затрагивался вопрос об осуществлении интернирова­ния. Ею были проанализированы два решения, которые при­влекают внимание тем, что в них сформулированы весьма про­тиворечивые выводы, - это решение Большой Палаты по делу «Аль-Джедда против Соединённого Королевства» (2011 г.) и решение по делу «Хасан против Великобритании» (2014 г.).

Относительно возможных путей развития нормативного регулирования в рассматриваемой сфере, Вера Николаевна указала следующие: 1) дополнение договорных норм; 2) при­нятие акта «мягкого права», который регулировал бы положе­ние интернированных лиц в ситуации вооруженных конфлик­тов немеждународного характера; 3) разработка модельного


Выступает Региональный совет­ник МККК по правовым вопро­сам в Восточной Европе и Цен­тральной Азии А. С. Кушлейко

кодекса по этому вопросу, что может быть актуально для со­бытий на Донбассе.

Доклад на тему «Укрепление верховенства права путём обеспечения доступа к правосудию в ситуации вооружённого конфликта немеждународного характера» представил к.ю.н., доцент кафедры конституционного и международного права, заместитель директора юридического института по учебной работе Северо-Кавказского федерального университета А. С. Гондаренко. Государства, столкнувшиеся с вооружёнными конфликтами немеждународного характера, не отказываются от осуществления правосудия на территориях, где произошёл конфликт. Это можно видеть на примере Чеченской Респу­блики, где с 1995 г. в составе незаконных вооружённых фор­мирований стали создаваться шариатские суды, судьями ко­торых становились ваххабиты. Деятельность судебных органов на этой территории стала восстанавливаться после 1999 г. Так, в 2000 г. обязанности судей были возложены на судей в отстав­ке, позже заработали мировые суды и суды присяжных. Таким образом, это пример того, когда государство самостоятельно восстановило правопорядок на своей территории.

Далее докладчик указал на серьёзную проблему, суще­ствующую в государствах, где происходят вооружённые кон­фликты немеждународного характера. Дело в том, что на территориях, контролируемых антиправительственными си­лами, создаются органы власти, в т.ч. судебные, рассматрива­ющие дела, связанные не только с вооружённым конфликтом (т.е. дела сугубо гражданского характера), что, в свою очередь, порождает вопрос: можно ли такую деятельность рассматри­вать как правосудие? Иначе говоря, проблема обеспечения правосудия на таких территориях стоит очень остро, высока вероятность, что стороны засудят друг друга.

На тему «Имплементация ответственности государств за нарушения международного гуманитарного права» выступи­ла доцент кафедры международного и европейского права Ка­занского (Приволжского) федерального университета, к.ю.н. М. В. Кешнер. В своем выступлении она указала на необходи­мость реализации принципа ответственности за международ­но-противоправные деяния, закрепленного в главе 1 Статей об ответственности государств за международно-противоправ­ные деяния 2001 г. Комиссия международного права ООН вы­разила мнение о том, что принудительные меры (например, санкции со стороны международных организаций в отноше­нии Сомали, Эртиреи, Конго, Судана и др.) и контрмеры - это меры имплементации международной ответственности. Для квалификации событий нужно беспристрастное и объектив­ное расследование. Кто способен его осуществить? По смыслу ст. 90 ДП I 1977 г. эта роль отводится Международной гумани­тарной комиссии по установлению фактов, однако до сих пор мандат Комиссии, образно названной «спящей красавицей», не был использован. Так, например, в Афганистане комиссия действовать не может, поскольку ни США, ни Афганистан не ратифицировали ДП I 1977 г.

Мария Валерьевна указала на несколько позитивных тенденций последнего времени. 30 сентября 2015 г. в Совбе­зе ООН была представлена совместная декларация Франции и Мексики, в которой они призвали постоянных членов Со­вета не использовать право вето при обсуждении вопросов, направленных на предотвращение военных преступлений и преступлений против человечности. Кроме того, недавно Швейцария как координатор АСТ (англ. accountability, coher­ence, transparency, т.е. подотчетность, согласованность, про­зрачность) - межрегиональной группы из 27 государств за большую транспарентность в ООН - разработала Кодекс АСТ для совершенствования методов работы СБ ООН. Уже 53 го­сударства согласились следовать требованиям этого Кодекса.

    Доцент Пермского государственного национального ис­следовательского университета, к.ю.н. Н. А. Чернядьева в своем выступлении охарактеризовала основные тенденции криминализации терроризма в судах международной уголов­ной юрисдикции с помощью норм международного и гума­нитарного права. По ее словам, терроризм до сих пор явля­ется «серой зоной». Кроме того, имеется несколько факторов, усугубляющих нынешнее положение дел. Во-первых, многие государства не являются участниками Женевских конвенций о защите жертв войны 1949 г. и Дополнительных протоколов к ним, применимых при регулировании данной ситуации. Во-вторых, вызывает споры статус негосударственных обра­зований (например, каков статус ИГИЛ? - это повстанческая группировка, но не национально-освободительное движение, значит, общая ст. 3 ЖК 1949 г. неприменима).

Наталья Алексеевна обозначила три возможных вариан­та развития постконфликтной ситуации в Сирии. Во-первых, поведение ИГИЛ может быть рассмотрено как поведение ком­батанта в рамках Лиги арабских государств или Организации Исламская конференция; во-вторых, представителей ИГИЛ можно привлечь к ответственности как военных преступни­ков; в-третьих, ИГИЛ - террористы, подлежащие суду либо в национальных государствах (примером может служить реше­ние Верховного суда США по делу Hamdan v. Rumsfield 2006 г.), либо в международном трибунале ad hoc. Международный уголовный суд (далее - МУС) не может привлечь к ответствен­ности террористов, т.к. он руководствуется принципом терри­ториальной юрисдикции (инициирует то государство, на тер­ритории которого произошло преступление, или Прокурор МУС).

По мнению докладчицы, МГП не подходит для расследо­вания дел, связанных с терроризмом. Сторонами вооруженно­го конфликта должны быть два государства или государство­подобных образования. Статус ИГИЛ вызывает вопрос с точки зрения правосубъектности. Кроме того, правила поведения должны быть прозрачными, а ИГИЛ живет в аморальном про­странстве, их поведение не подлежит правовому регулирова­нию. Могут ли в таких условиях применяться хотя бы мини­мальные стандарты МГП? ЕСПЧ в решениях по делам McCann and Others v. United Kingdom (1995), Isaeva v. Russia (2005) на­стаивает на приоритете норм международного права прав че­ловека, что более логично, по убеждению Н. А. Чернядьевой.

Руководитель академических программ МККК Этьен Ку- стер выступил с докладом, в котором призвал разграничивать jus ad bellum и jus in bello. По его глубокому убеждению, МГП должно быть применимо и в международных вооруженных конфликтах, и в вооруженных конфликтах немеждународ­ного характера. Статья 51 ДП I запрещает терроризм, акты террора среди гражданского населения. Посягательства на правительственные помещения, объекты правительственной инфраструктуры возможны в МГП, но могут быть запрещены национальным контртеррористическим законодательством. К. А. Бекяшев задал вопрос о том, какие нормы применимы в отношении ИГИЛ. Это государство террористов, они там жи­вут семьями, там есть объекты инфраструктуры. Можно ли их атаковать? Э. Кустер ответил, что необходимо уточнить поня­тия вооруженного конфликта и его сторон. Он высказал свое личное мнение о том, что нападения террористов в Париже являются нападением ИГИЛ на Францию. ИГИЛ - это орга­низованная вооруженная группа негосударственного типа. Значит, Конвенция Монтевидео о правах и обязанностях го­сударств 1933 г. не применима и конфликт невозможно квали­фицировать как межгосударственный. Однако по-прежнему применимы нормы общего МГП.

   Ассистент кафедры международного права МГУ имени М. В. Ломоносова Е. В. Машкова представила доклад на тему «Международно-правовая квалификация вооруженного кон­фликта: актуальные проблемы судебной практики». Свое вы­ступление она начала с краткого обзора решений, вынесенных Верховным судом США. В своем решении по делу Ясера Хам- ди Верховный суд США указал на то, что размещение на базе в Гуантанамо лиц, захваченных в Афганистане и заподозренных в причастности к деятельности Талибана, имеет юридические последствия. Однако определяющих факторов как минимум два: с одной стороны, они являлись вражескими комбатанта­ми; с другой стороны, некоторые из них имели гражданство США и обладали правом на петицию habeas corpus - судеб­ный приказ о передаче арестованного в суд, что делало при­менимым нормы национального (американского) права прав человека. Вследствие этого американский гражданин Я. Хамди в 2004 г. был освобожден из-под стражи Министерством юсти­ции США.

Екатерина Викторовна также обратилась к практике ЕСПЧ. 29 июля 2014 г. была коммуницирована межгосудар­ственная жалоба Украины против России по Крыму. В ней за­явлено, что Россия осуществляет эффективный контроль над ДНР и ЛНР. По мнению стороны-заявителя, нарушены статьи 2, 5, 6, 8, 9 ЕКПЧ, а также ст. 1 (защита собственности), ст. 2 (право на образование) и ст. 3 (право на свободные выборы) Протокола № 1. Докладчица обратила внимание присутству­ющих на то, что ЕСПЧ установил дополнительные критерии осуществления эффективного контроля в постановлении, вы­несенном в июле 2015 г. по делу «Чигаров против Армении».

Соискатель кафедры международного права МГУ имени М. В. Ломоносова Ш. М. Алиев посвятил свое выступление анализу института державы-покровительницы - его правово­му статусу и практике применения. ЖК о защите жертв войны 1949 г. не раскрывают понятия «держава-покровительница» (англ. - protecting power, франц. - le pouvoir protecteur). Этот институт получил развитие во время франко-прусской войны в XIX в., затем - в Третьей ЖК 1949 г. Однако конвенция рас­пространяла действие института только в отношении военно­пленных. Вместе с тем держава-покровительница упомина­ется и в Четвертой ЖК о защите гражданского населения во время войны 1949 г.

На основе анализа положений Четвертой ЖК 1949 г. Шамиль Муртузович охарактеризовал функции, процеду­ру назначения державы-покровительницы и ее мандат. В со­ответствии со. ст. 5 ДП I 1977 г. если стороны, находящиеся в конфликте, не придут к общему мнению в решении вопроса о державе-покровительнице, то они могут обратиться с прось­бой выступить в качестве субститута к любой беспристрастной гуманитарной организации - например, к МККК. Ф. Бюньон в своей книге «Международный комитет Красного Креста и защиты жертв войны» указывает на несколько случаев из со­временной истории, в которых применялся институт держа­вы-покровительницы, в их числе - Суэцкий кризис 1956 г., конфликт из-за Фолклендских островов 1982 г. и др.

Доцент кафедры международного права МГУ имени М. В. Ломоносова, к.ю.н. C. В. Глотова представила доклад на тему «Jus ad bellum и jus in bello: вопросы конвергенции и дивер­генции». По ее мнению, намечается тенденция конвергенции МГП и права неприменения силы или угрозы силой. Право на самооборону возникает только в случае вооруженного нападе­ния - необходимость защиты прав человека в качестве повода для вмешательства не была признана легитимным основанием в Международном суде ООН в 1986 г. при рассмотрении дела «Никарагуа против США». По мнению докладчицы, жесткое деление jus ad bellum и jus in bello нуждается в пересмотре. Наблюдается взаимопроникновение норм. Во-первых, в обоих случаях соблюдается запрет применения силы или угрозы си­лой, во-вторых, их роднит институционный аспект. Главным контрольным механизмом выступает СБ ООН: он осущест­вляет контроль, требует представления докладов и осуждения нарушителей МГП, создает трибуналы, передает материалы в МУС, если государство не является участником Римского ста­тута МУС, как в случае Ливии. При этом он руководствуется не только Уставом ООН, но и другими документами. Все дей­ствия, реализующие концепцию «ответственности по защи­те», также принимаются под эгидой СБ ООН. В качестве при­мера можно указать на резолюцию 1973 СБ ООН по Ливии.

Светлана Владимировна обозначила вопрос, который требует скорейшего осмысления - террористы выступают в ка­честве агентов государства или как самостоятельные лица? По ее мнению, к ним в любом случае должны быть применимы нормы ЖК о защите жертв войны 1949 г.

В рамках Секции 2 «Перспективы преподавания МГП в высших учебных заведениях», модератором которой являлась А. С. Кушлейко, первым доклад представил руководитель ака­демических программ МККК Этьен Кустер. Тема доклада - «Программа МККК по распространению знаний об МГП в академических учреждениях: новые технологии в преподава­нии». Г-н Кустер отметил, что 90 % региональных делегаций МККК имеют контакты с различными учебными заведения­ми. Такое взаимодействие направлено, в первую очередь, на совершенствование методик преподавания МГП. Кроме того, организуются многочисленные совместные образовательные мероприятия - Мартенсовские чтения, конкурсы, конферен­ции и семинары по МГП и др. Например, широко известен и весьма популярен конкурс им. Ж. Пикте. Также в рамках вза­имодействия осуществляется консультирование по вопросам преподавания МГП.

Существенное внимание МККК уделяет развитию новых средств обучения. Экспертами МККК разработан ряд онлайн- курсов, помогающих, в том числе, преподавателям из тех стран, где нет региональных делегаций МККК. Так, например, на сайте МККК создана платформа «Как право защищает во время войны?» («How does law protect in war?») на француз­ском, английском, испанском языках8. Ее разработчиками яв­ляются Марко Сассоли, Антуан Бувье, Анн Квентен^Она раз­бита на модули. В начале каждого модуля изложены цели и предложен тест, предшествующий его изучению. В рамках каждого модуля обозначены четыре раздела - право, право­применительная практика, педагогические ресурсы, а также терминологический словарь.

Доклад г-на Кустера сопровождался электронными пре­зентациями новейших разработок МККК и подробной ин­формацией по использованию соответствующих ресурсов. Говоря о направлениях преподавания МГП, г-н Кустер обозна­чил три основных направления: 1) классификация различных ситуаций; 2) защита лиц; 3) средства и методы ведения воен­ных действий.

Заведующий кафедрой международного права Санкт- Петербургского государственного университета, к.ю.н. В. С. Иваненко, стоявший у истоков российской науки МГП, в сво­ем докладе охарактеризовал особенности преподавания МГП в вузах России. Виталий Семенович показал 30 рабочих про­грамм по МГП по учебникам и учебным пособиям, исполь­зуемым в России. С 1999 г. СПбГУ преподает МГП, сейчас там имеется магистерская программа по МГП из 10 предметов.

Первая проблема, которую обозначил выступающий, заключается в том, что преподавать. Сторонники широкого подхода О. И. Тиунов, В. В. Пустогаров, А. Я. Капустин при­зывают к необходимости изучения положений, обеспечиваю­щих защиту прав личности как в мирное время, так и в период вооруженного конфликта. Сторонниками военно-гуманитар­ного подхода выступает МККК и сам В. С. Иваненко. Третий возможный подход в изучении МГП заключается в изучении международно-правовой защиты прав человека в мирное вре­мя, а также методов и средств ведения военных действий.

Вторая проблема, которую отметил выступающий, - это проблема с преподавательскими кадрами. По мнению В. С. Иваненко, необходимо создать и вести курсы для молодых преподавателей в области МГП.

    Ведущий научный сотрудник Института государства и права РАН, д.ю.н. И. З. Фархутдинов заострил внимание аудитории на особенностях преподавания МГП в условиях новых угроз миру и человечеству. Инсур Забирович сосредо­точился на международно-правовом анализе вооруженного конфликта в Сирии. По его мнению, участие коалиции ряда государств, борющихся против ИГИЛ, придает конфликту международный характер. Выступающий напомнил присут­ствующим, что продолжает действовать Соглашение между СССР и Сирийской Арабской Республикой 1980 г. - действия России по оказанию военной помощи Сирии соответствуют обязательствам, зафиксированным в нем. И. З. Фархутдинов высказал сомнения относительно того, что нормы МГП явля­ются общепризнанными, «святыми», по его выражению. Так, например, у США есть своя доктрина МГП, и они руководству­ются в первую очередь именно ей. Эти факторы не могут не осложнять развитие и изучение МГП на современном этапе.

Генеральный секретарь Ассоциации международного права Беларуси, член Совета директоров Международного общества права войны и военного права (Брюссель), к.ю.н. А. Л. Козик в своем выступлении указал на необходимость долж­ной мотивации изучения МГП, которую Андрей Леонидович образно назвал «локомотивом развития его преподавания».

Девять лет опыта работы в качестве декана и первого про­ректора одного из крупнейших белорусских вузов позволяют обозначить следующие проблемы.

Во-первых, изучение МГП не всегда эффективно. Что сде­лали белорусские коллеги? Они выбрали харизматичных пре­подавателей, ввели много интерактивных занятий, использова­ли видеоматериалы. Студенты были свободны в выборе курсов и в процессе их посещения, однако были введены более жесткие критерии оценки результатов обучения. Сначала студенческая успеваемость резко упала. Однако в 2014 г. студенты этого бело­русского вуза получили престижную награду - Dillards Award на конкурсе имени Ф. Джессопа по международному праву. Что может сделать МККК в России? По мнению докладчика, ему необходимо продолжать свою работу. Кроме того, препо­даватели должны встречаться и обмениваться опытом.

Во-вторых, налицо проблема количества студентов, из­учающих МГП. Количество изучения правовых дисциплин сокращается, и число изучающих МГП тоже уменьшается. В Беларуси начинается альтернативное обучение МГП во всех вузах. Помимо этого, организуются конкурсы и летние школы по МГП. Так, например, летом 2015 г. работала летняя шко­ла, в рамках которой собрались представители 9 стран мира. Предметом всестороннего изучения стали кибератаки и во­просы ответственности за их совершение.

Доцент кафедры публичного права, директор школы док­торантуры Свободного международного университета Молдо­вы, к.ю.н. В. В. Гамурарь выступил с докладом на тему «МГП в образовательных программах юридических факультетов Республики Молодова в контексте обязательств по междуна­родному праву и в свете положений Договора об ассоциации с Европейским Союзом».

Виталий Виссарионович рассказал о том, что в 1998 г. в соот­ветствии с рекомендациями МККК курс по МГП был включен в учебную программу Свободного международного университета Молдовы. Эта дисциплина преподается на четырех языках - ру­мынском, английском, французском, русском. Это не спекурс, а обязательная учебная дисциплина для студентов всех юридиче­ских вузов. В 2008 г. в учебный план также было включено «Право беженцев» в качестве факультативного курса. Свободный между­народный университет Молдовы регулярно проводит конкурсы по МГП и праву беженцев. Молдова подписала Договор об ассо­циации с Европейским союзом. В 2008 г. в Молдове был принят закон о беженцах. В рамках каждого из упомянутых выше курсов преподаватели и студенты подвергают анализу постановления ЕСПЧ, в которых Суд ссылается на нарушения МГП.

   Ю. С. Безбородов, доцент кафедры международного и ев­ропейского права Уральского государственного юридического университета, к.ю.н. рассказал об особенностях преподавания МГП в своем вузе. В УрГЮУ (ранее УрГЮА) читается курс МГП, причем студентам не только юридического факультета, но и факультета журналистики и международных отношений. При изучении курса по международному публичному праву, рассчи­танного на 28 академических часов, бакалавры в течение 4 ака­демических часов изучают МГП. Кроме того, в УрГЮУ успешно реализуется учебная программа ООН по защите прав человека.

Ассистент кафедры международного права Российского университета дружбы народов А. Е. Конева в своем выступле­нии на тему «Учебная сессия "Модель Генеральной Ассамблеи Международной федерации обществ Красного Креста и Крас­ного Полумесяца"» сообщила о том, каким образом препода­ется МГП в РУДН, и охарактеризовала перспективы препода­вания МГП на пространстве СНГ.

Курс МГП в РУДН преподается на русском и на англий­ском языках. Впервые в 2014 г. там была проведена учебная сессия «Модель Генеральной Ассамблеи Международной федерации обществ Красного Креста и Красного Полумесяца» (Model IFRC General Assembly 2014), позволяющая реализовывать практи- ко-ориентированный подход в процессе обучения. В учебной сессии приняли участие студенты, магистранты, аспиранты. На­блюдателями выступали представители МККК, международных организаций, других вузов. Для обсуждения были вынесены две темы - «Оказание медицинской помощи и защита медицинских работников в условиях вооруженного конфликта» и «Усиление нормативной базы в случае стихийных бедствий». В ходе сессии по данным вопросам были выработаны и приняты две резолюции.

По итогам обсуждения, состоявшегося в ходе работы секции международного права IX Кутафинских чтений, были выработа­ны рекомендации по улучшению преподавания МГП в вузах. Их озвучила одна из организаторов конференции Н. А. Соколова. Участники международной конференции рекомендовали:

- разработать меры по включению МГП в официальные учебные программы в системе юридического образования;

- включить МГП в качестве отдельного предмета в ФГОС ВПО по направлению подготовки «Юриспруденция»;

- включить МГП в качестве неотъемлемой части во все курсы по правам человека;

- включать МГП в программы юридических факультетов и институтов;

- шире сотрудничать с МККК при осуществлении его различных программ по распространению знаний и инфор­мации о ВГП в вузах;

- поддерживать принятие и исполнение законодательных актов, обеспечивающих уважение и имплементацию норм МГП;

- шире сотрудничать с консультативной службой МККК, созданной с целью оказания поддержки государствам в вы­полнении ими обязательства по имплементации норм МГП на государственном уровне;

- разработать совместными усилиями МККК и группы преподавателей вузов проект единой образовательной про­граммы по МГП для студентов вузов, обучающихся по специ­альности «Юриспруденция»,

- поощрять обмен опытом в области МГП среди препо­давателей высших учебных заведений.

Всем участникам дискуссии было предложено сформули­ровать свои предложения и направить их в до 30 ноября 2015 г. в адрес Оргкомитета Международной конференции «Будущее международного гуманитарного права и особенности его пре­подавания в юридических вузах России, Беларуси и Молдовы».

В финале К. А. Бекяшев обратился ко всем участникам меж­дународной конференции с заключительным словом. Он пред­ложил отказаться от терминов «военно-гуманитарное право», что, по его мнению, звучит несколько устрашающе, и «между­народное гуманитарное право», что демонстрирует слишком широкий подход к предмету. В процессе преподавания для ба­калавров эта дисциплина должна называться «Законы и обычаи войны». Камиль Абдулович поблагодарил всех собравшихся за плодотворную работу и выразил надежду, что обсуждение про­блем развития и преподавания МГП будет продолжено.



ФГБОУВО ВСЕРОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
УНИВЕРСИТЕТ ЮСТИЦИИ
 Санкт-Петербургский институт  (филиал)
Образовательная программа
высшего образования - программа магистратуры
МЕЖДУНАРОДНОЕ ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО И МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ ИНТЕГРАЦИИ Направление подготовки 40.04.01 «ЮРИСПРУДЕНЦИЯ»
Квалификация (степень) - МАГИСТР.

13 декабря 2013 г. на кафедре международного права юридического факультета РУДН состоялся круглый стол

Права человека

Круглый ...

Евразийский юридический журнал

Международный научный и научно-практический юридический журнал.
Включен в перечень ВАК.

Контакты

Адрес: 119034, Москва, ул. Пречистенка, д. 10.

Телефон: +7 917 40-10-889

E-mail: info@eurasialaw.ru, eurasianoffice@yandex.ru, eurasialaw@mail.ru

Яндекс.Метрика

© 2007 - 2018 «Евразийский юридический журнал». Все права защищены.

Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.